Около сотни фейков опровергли в Алтайском крае с начала 2024 года

«В рамках взаимодействия с антитеррористической комиссией с начала 2024 года было выявлено и опровергнуто 97 информационных сообщений. Например, в регионе неоднократно всплывали сообщения о якобы заминированных социально важных объектах, торговых центрах и госучреждениях. Также и в соцсетях, и в мессенджерах распространялись сообщения о якобы запланированных терактах, применении биологического оружия, вплоть до того, что в крае якобы спровоцированная вспышка холеры. Специалисты администрации региона, профильные ведомства в подобных ситуациях максимально оперативно проверяют подобную информацию и опровергают её», — сообщили в Центре управления регионом.

По словам руководителя ЦУР Евгения Нечепуренко, подобные сообщения носят цель дестабилизировать общество или получить персональные данные. Известны также случаи, когда мошенники рассылали сообщения якобы от официальных лиц о мобилизации, которая на самом деле не планировалась, обзванивали людей, представляясь сотрудниками спецслужб, чтобы получить личную информацию для кражи средств с банковских карт. 

«Хочу еще раз напомнить, что ни сотрудники спецслужб, ни сами банки никогда не будут просить вас по телефону предоставить личные данные. Если кто-то просит у вас подобную информацию в мессенджере, по телефону, то это 100 % мошенники», — пояснил Нечепуренко, подчеркнув, что доверять стоит только официальным источникам информации.

На сегодня в целом по стране с фейками в интернете раз в неделю или чаще сталкиваются 64 % россиян. Количество людей, которые знают о фактчекинге, увеличивается, рассказал на пресс-конференции «Противодействие фейкам в 2024 году», которая прошла в ТАСС, генеральный директор АНО «Диалог» и АНО «Диалог Регионы» Владимир Табак.

«46 % респондентов знают или что-то слышали о фактчекинге. 18 % знают, но это знание зачастую поверхностное. Аудитория преувеличивает собственные способности к анализу информации. При этом 45 % опрошенных считают, что имеющихся мер противодействия дезинформации недостаточно. Основной запрос — это запрос на привлечение лиц, распространяющих фейки, к ответственности и блокировку источников. Однако его зачастую трудно удовлетворить», — пояснил Табак.

Сейчас в Рунете наблюдается снижение числа копий фейков, но их уникальное количество остается на сопоставимом уровне. По словам Владимира Табака, до 6 августа 2024 года снижалось количество фейков, связанных с темой СВО. С января по март средняя доля просмотров вымышленных новостей в этой категории составляла 69 %. В июле количество просмотров снизилось до 35 %, а в августе после атаки на Курскую область достигло 81 %. Табак рассказал, предполагалось, что к концу года будет порядка 15 млн копий фейков, сейчас прогнозируется, что их будет около 8 млн. Уникальных фейков сегодня примерно столько же, сколько в прошлом году. При этом наблюдается  снижение интереса аудитории к повестке СВО и усталость от информационного шума, который начал фиксироваться еще в 2023 году.

«Кроме того, мы видим, что фейки становятся более региональными. Если в начале СВО они распространялись на федеральном уровне, то сейчас мы наблюдаем смещение в сторону конкретных регионов и ситуаций, связанных с конкретными людьми», — объяснил Владимир Табак.

Для эффективной борьбы с дезинформацией важно, чтобы участие в ней принимали не только профессионалы, но и пользователи интернета, добавила директор Департамента развития массовых коммуникаций и международного сотрудничества Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Екатерина Ларина.

«Почему эта проблема в наше время так обострилась? Раньше мы видели официальные источники информации, а сейчас любой человек с выходом в интернет получает доступ к массовой аудитории и воспринимается пользователями как источник. Поэтому важно понимать, как отличать верифицированные источники и достоверную информацию», — рассказала Екатерина Ларина.

На сегодня наиболее актуальным и обсуждаемым остаётся вопрос необходимости законодательной базы для эффективной борьбы с дезинформацией. Сейчас в российском законодательстве отсутствует понятие дипфейка (максимально правдоподобных поддельных изображений, видео и звука при помощи искусственного интеллекта). При этом есть утвержденное определение фейковой новости, отметил зампред комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи, председатель правления РОЦИТ Антон Горелкин.

Сегодня фейки — одно из главных оружий в информационной войне. Для опровержения дезинформации в нашей стране приводится доказательная база. При этом украинская сторона к таким инструментам не прибегает, отметил политтехнолог, доброволец на СВО Платон Маматов. Кроме того, большая часть подобных фейков — короткоживущие, отметил эксперт Центра военно-политической журналистики Борис Рожин. Особенность такой дезинформации в том, что она призвана «затапливать» информпространство противника за счёт количества.