Пенсионер из Алтайского края написал трогательное стихотворение ко Дню памяти и скорби

«И объявил Священную войну…»

Сияли в небе сполохи ночные,

Как будто извещая с вышины:

«Забудьте, люди, радости земные,

Готовьте души к ужасам войны!»

Она пришла негаданно, нежданно,

Прервав заботы мирного труда.

Июньской ночью с утренним туманом

К нам ворвалась фашистская орда.

Враг был силен, все воинство Европы

Немецкий полководец двинул на восход.

Чтоб часть народа превратить в холопов,

А остальных, с их весями – в расход.

Броня, снаряды, бомбы и гранаты

Сорвали на границе тишину.

Но встал народ с восхода до заката

И объявил Священную войну.

Был враг силен, жесток и кровожаден.

Терзал народ без чести и стыда.

А он вставал с полей и горных впадин,

Шел защищать святые города…

Пусть враг силен, но мы не лыком шиты:

И славянин, и горец, и калмык.

Под градом бурь и деды, и джигиты.

К атаке шли, и падали, конечно.

И сколько павших — кто им знает счет?

И павшим там земля дарила вечность,

Но все ж врагу сломали мы хребет!

И мой отец в дивизии Сибирской

(командовал ей генерал Швецов)

Под Вязьмой, Ржевом, Яхромой и Истрой

Сражался за Москву в рядах бойцов.

Он рядовым был в той – своей стрелковой

Под номером ее сто тридцать три.

И где-то там, под Яхромой суровой

Упал в снега в свои да тридцать три.

И не нашли, и нет его могилы,

Как нету тысяч рядовых бойцов.

Но там земля от них, вбирая силы,

Сияет буйством полевых цветов.

Он снится мне живым из той юдоли,

Откуда никому возврата нет.

И говорит: «Уже ль вы там на море

опять врагу ломаете хребет?»

И что ему ответить — я не знаю,

Ведь мне уже за восемьдесят лет.

И враг другой, хоть с теми же мозгами,

И Русь, я верю, даст ему ответ!