Юлия Лысенко, Жанна Мажитова: как историки учат молодых учёных спорить о 1916 годе
В понедельник в Алтайском госуниверситете стартовала Шестая международная школа молодых исследователей-тюркологов. Её проводит научно-образовательный центр алтаистики и тюркологии «Большой Алтай». В Барнаул приехали студенты, магистранты и аспиранты из Республики Алтай, Тувы, алтайских и барнаульских вузов, но больше всего участников — из Центральной Азии: университетов Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана.
Тема сессии — история тюркских народов XVIII, XIX и XX веков, когда они входили в состав Российской империи, а затем Советского Союза. Лекции читают приглашённые эксперты из тех же стран.
В понедельник в Алтайском госуниверситете стартовала Шестая международная школа молодых исследователей-тюркологов. Её проводит научно-образовательный центр алтаистики и тюркологии «Большой Алтай». В Барнаул приехали студенты, магистранты и аспиранты из Республики Алтай, Тувы, алтайских и барнаульских вузов, но больше всего участников — из Центральной Азии: университетов Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана.
Тема сессии — история тюркских народов XVIII, XIX и XX веков, когда они входили в состав Российской империи, а затем Советского Союза. Лекции читают приглашённые эксперты из тех же стран.
Империя как общий сюжет
«История Российской империи и Советского Союза — это история полиэтничных и поликонфессиональных государств, — говорит руководитель центра „Большой Алтай“, доктор исторических наук Юлия Лысенко. — С ребятами мы обсуждали, как шло формирование территории империи, какие тюркские регионы присоединялись».
Поскольку большинство участников — выходцы из Центральной Азии, акцент сделали на Степном крае, как в тот период называли современный Казахстан, и на истории Туркестана. Лекторы разбирали с молодыми исследователями, как шла интеграция этих народов в общеимперское пространство, какие административно-территориальные реформы проводились и как решались социальные проблемы региона — неоднородного по составу населения и хозяйственно-культурному укладу.
Плакат как исторический источник
Отдельный блок посвятили советскому периоду. Доктор исторических наук, профессор Жанна Мажитова из Казахстана построила свои лекции вокруг медицинских плакатов первых советских десятилетий.
«На протяжении всей истории человечества человек боролся с болезнями, в том числе инфекционными. Эта проблема актуальна и сейчас — достаточно вспомнить пандемию коронавируса, когда всё человечество встало перед вопросом, как лечить это опасное заболевание и как объяснить населению профилактику и вакцинацию», — говорит она.
После Первой мировой войны, двух революций и Гражданской войны 1918–1920 годов молодое советское государство столкнулось с голодом, нищетой, массовыми перемещениями людей, дефицитом медицинских кадров и медикаментов. В повестку дня встал вопрос, как бороться с инфекциями — прежде всего с сыпным и возвратным тифом, а также с малярией, натуральной оспой, туберкулёзом и холерой.
«Медицинское знание носит кумулятивный характер, молодая советская республика не начинала с нуля — она вбирала сведения русской медицинской науки, — поясняет Мажитова. — При всей простоте плакатов массовому зрителю предоставлялось довольно глубокое медицинское знание: от возбудителя и переносчика до мер профилактики. Мыть руки, пить кипячёную воду, уничтожать вшей. Та же вошь, всего один-два миллиметра, изображалась на плакатах как гроза, которая заключает союз со смертью».
По её убеждению, плакатная продукция может стать самостоятельным историческим источником для будущих исследователей.
Спор о восстании 1916 года
Центральным событием сессии стал круглый стол о восстании 1916 года в Центральной Азии. По словам Юлии Лысенко, изучать его нужно с двух сторон: как политику центральных и региональных органов власти по интеграции региона и как реакцию коренного населения на эту политику.
«Многие социальные проблемы либо решались не в том русле, либо решались не так кардинально, как хотелось бы. Отсюда волнения, которые часто проходили в разных регионах. Восстание 1916 года шло локально, и важно понять, почему оно стало таким массовым, почему реакция разных социальных групп была разной. Главное — повод: царский указ о мобилизации коренного населения на тыловые работы. Здесь очень много дискуссионных моментов», — говорит она.
Задача школы, по её словам, — показать студентам, что такие трагические события общей истории нельзя политизировать, изучать их нужно на основе доступных источников, а эксперты разбирали разные аспекты проблемы.
«Сегодня в работе круглого стола участвовали представители разных национальных школ — России, Кыргызстана, Узбекистана, Казахстана. У нас разное видение восстания 1916 года, но мы схожи и едины в том, что восприятие этих событий должно быть объективным, без эмоций», — подчёркивает Жанна Мажитова.
Белые пятна и засекреченные архивы
По мнению Мажитовой, тема при кажущейся изученности сохраняет много белых пятен: архивные документы, по её словам, до сих пор засекречены. В том числе почти не исследованы медицина и здравоохранение 1916 года.
«Сколько раненых, убитых? Где, когда? Как отбирали рабочих на тыловые работы, кого отбирали? — перечисляет она вопросы без ответов. — Школа — это возможность двигаться вверх по научной работе. Это очень сложный путь, и для молодых исследователей такая поддержка наставников — большое подспорье».
Юлия Лысенко формулирует принцип школы короче: объективность, взвешенные оценки и внимание к проблемным местам, которые могут стать областью исследований для тех, кто приехал в Барнаул.
